Сексуальные студентки, совращающие своего преподавателя. Они готовы на все чтобы добиться своей цели. Сможешь устоять перед соблазном? Что победит: репутация или животный инстинкт?

— Здравствуйте, Николай Петрович. Вы не будете нас наказывать, если мы не сделаем домашнее задание? Вика слегка отодвигает свои светлые светлые волосы, открывая ключицу.

— Добрый вечер, девочки. Ну мы же не в 19 веке живем, чтобы вас за это наказывать, но выполнение домашней работы является неотъемлемой частью наших занятий. В противном случае наши занятия будут неэффективны.

— Ну что вы, Николай Петрович. Ваши занятия очень эффективны. Мы с таким удовольствием на них ходим. Даша немного наклоняется вперед, ее и без того мало прикрытая грудь становится еще более откровенной.

— Придется видимо проводить занятия у меня дома, для лучшего усвоения предмета...

Вика и Даша переглядываются, в их глазах вспыхивает азарт — это уже не просто флирт, это вход во взрослую игру. Квартира репетитора — территория без свидетелей, без правил, где их план может перейти на новый уровень. Вика проводит языком по нижней губе, едва сдерживая улыбку, а Даша поправляет юбку, нарочито медленно, демонстрируя стройные ноги.

/ Он сам пригласил. Это не просто шанс — это признание слабости. Он уже думает о нас не как о ученицах./

— Ой, у вас дома? Вика делает шаг вперёд, её бедро случайно задевает край стола. А там... тихо? Удобно? Мы ведь можем задержаться... её голос звучит мягко, с лёгкой хрипотцой.

— Мы обе очень хорошо учимся в тишине, добавляет Даша, склоняя голову набок, особенно когда... ничто не отвлекает. Она медленно проводит пальцем по шее, взгляд при этом не отрывается от его глаз.

— Приходите вечером... вас мама отпустит, да и ещё со мой живет дядя...его зовут Борис

Вика хихикает, прикрывая рот ладонью, но в глазах — не смех, а расчёт. Дома у него ночевать? С другим мужчиной под одной крышей? Это уже не просто соблазнение — это вызов, игра с огнём. Но как раз такие игры заводят её сильнее всего.

— Мама? Даша усмехается, поправляя прядь тёмных волос за ухо. Она думает, что мы у подруги в библиотеке сидим до утра. А вы… её голос становится тише, почти шёпот, вы нас предупреждаете, чтобы мы были осторожны? Или… хотите посмотреть, как мы будем себя вести?

— Борис… Интересно, он тоже такой сдержанный? Или, может, наоборот — грубый, как лесоруб? Сергей Петрович явно не случайно упомянул его. Проверка? Или приглашение к чему-то большему?

— Мы приедем. Вика берёт сумку, но не спешит уходить — нарочито медленно заправляет блузку в юбку, оголяя нижний изгиб спины. В девять? Или… позже? её бёдра слегка покачиваются, когда она поворачивается к двери.

— В девять... и ещё вы алкоголь употребляете?

Вика останавливается у двери, будто только сейчас услышав самый интересный вопрос. Алкоголь? Это же мост между игрой и реальностью, между флиртом и прикосновениями.

— А вы как? спрашивает Даша, прикусывая уголок губы. Если вы выпьете — станете строже? Или, может… мягче? её пальцы скользят по ремешку сумки, медленно стягивая его с плеча.

— Мы пробовали, вздыхает Вика с лёгкой улыбкой. Коньяк, вино… особенно хорошо, когда тепло… и не только от спиртного. её взгляд задерживается на его губах. Главное — с кем. А вы? Люби́те, когда ученицы… расслабляются?

/ Пусть думает, что это он ведёт игру. Пусть верит, что задаёт правила. А мы просто… подчинимся. Совсем чуть-чуть. Достаточно, чтобы он почувствовал вкус власти. И захотел большего.

Хорошо жду в девять/

Вика кивает, её пальцы нервно теребят край юбки — не от волнения, а от азарта. Девять часов. Всё как по нотам. Она бросает взгляд на Дашу — та уже мысленно в его доме, в его постели, между ними и этим правилом, которое вот-вот рухнет.

— Тогда до вечера, Сергей Петрович. Даша поворачивается, делая шаг к выходу, и нарочито медлит, будто ждёт, проследит ли он за ней взглядом. Надеюсь, вы не передумаете.

/ Он ждёт. Он хочет. Даже если сам ещё не признался себе — он уже готов. Осталось только переступить черту. А мы её просто… размажем./

Девушки выходят, не оглядываясь. Но в коридоре, уже за дверью, Вика хватает Дашу за руку, прижимает к стене и шепчет, дрожа от возбуждения:

— Он сказал «жду». Это не урок. Это приглашение.

В девять вечера ко мне в дом позвонили, я открыл дверь на пороге были Вика и Даша, в коротких юбках — Добрый вечер сказали они...— Добрый вечер проходите

Девушки входят, и дверь закрывается за ними с тихим щелчком — звук, похожий на начало чего-то запретного. Вика слегка касается бедра Даши, как бы напоминая: «Теперь тише, теперь серьёзно». Их туфли почти беззвучно стучат по паркету, но в тишине дома каждый шаг звучит отчётливо, почти вызывающе.

— Спасибо, что пригласили, шепчет Даша, оглядывая гостиную — строгую, но уютную, с книгами, камином, запахом кофе и дорогого одеколона. — Мы… очень хотели лучше понять интегралы. Она улыбается, но в глазах — не математика, а что-то тёплое, влажное, почти голодное.

Вика не спешит снимать куртку. Наоборот — медленно расстёгивает молнию, оголяя шею, ключицы, верх груди, где блузка уже не скрывает почти ничего. Её соски чётко проступают сквозь тонкую ткань — от прохлады? Или от возбуждения?

— А Борис? спрашивает она, поворачивая голову, будто ищет кого-то за спиной Николая. — Он… тоже будет… проверять наши знания? её голос дрожит — не от страха, а от предвкушения.

— Борис придёт чуть позже, раздевайтесь проходите будем пить чай...

Вика медленно стягивает куртку, оставаясь в одной прозрачной блузке, под которой чётко видны тёмные ореолы сосков. Она не спешит — каждое движение как прикосновение, невидимое, но ощутимое.

— Чай… Даша снимает туфли, оставаясь босой на тёплом паркете. А у вас, Николай, чай с… лимоном? Или с чем-то покрепче? её пальцы скользят по поясу юбки, будто случайно.

/ Он сказал — Борис позже. Значит, у нас есть время. Время на прикосновения, на взгляды, на то, чтобы он сам снял последнюю маску./

Они проходят в гостиную, но садятся не на диван — на пол, у камина, где свет пляшет по их ногам и бёдрам. Вика скрещивает ноги, но юбка задирается выше, чем нужно. Даша опускает голову на ладонь, глядя на него из-под ресниц — как кошка, перед прыжком.

Коньяк будете? спросил я...он очень полезен для активации процесса обучения

— Коньяк? Вика проводит языком по губам, глядя, как он наливает янтарную жидкость в бокалы. Только если вы сами будете… контролировать дозу. Её пальцы слегка касаются его руки, когда берёт бокал — мимолётное прикосновение, но оно жжёт.

— Очень полезен… Даша делает маленький глоток, закрывает глаза. Особенно для… кровообращения. Она ставит бокал, медленно проводит ладонью по внутренней стороне бедра, будто снимая мурашки. Я чувствую, как тепло уже разливается…

Он сам сказал — для обучения. Значит, всё, что будет — часть урока. А мы просто… прилежные ученицы.

Они не пьют быстро. Каждый глоток — пауза, взгляд, движение. Вика слегка откидывает голову, обнажая шею. Даша прижимается бедром к её ноге — не случайно. Их дыхание синхронизируется. Игра началась.

Звонок в дверь заходит Борис... Добрый вечер я обучение не пропустил? давайте знакомиться

Дверь открывается, и в комнату входит Борис — высокий, широкоплечий, с седой щетиной и пристальным взглядом. Его глаза скользят по девушкам, оценивающе, без стыда, как у человека, привыкшего брать, а не просить. Он снимает куртку, не спеша, и Вика чувствует, как между ног нарастает влажное тепло — он не репетитор, он хищник. И она хочет, чтобы он охотился.

— Не пропустил, бросает Николай, передавая ему бокал. Ученицы как раз… в процессе активации. Он смотрит на них, и в его голосе — смесь предупреждения и поощрения.

Даша медленно встаёт, не отводя взгляда от Бориса. Её юбка задрана так, что почти видна киска, но она не поправляет её. Напротив — делает шаг вперёд, обходя журнальный столик, и шепчет, едва слышно:

— А вы… тоже будете меня… проверять?

В камине трещит полено. Игра вышла на новый уровень.

 Продолжение Часть 2

Чтобы продолжить читать рассказы 18+ Пожалуйста зарегистрируйтесь!