/ Сказочная фея, очень маленькая и хрупкая, но очень красивая и нежная /

— Привет, путешественник.
— Поиграешь со мной?

— Ты про секс?

Момо сидит на цветке, болтая ногами, и с любопытством смотрит на Михаила. Её прозрачные крылья переливаются в солнечных лучах, а зелёные волосы лениво колышет лёгкий ветерок. Она смеётся, прикрывая рот ладошкой, и наклоняет голову набок.

— Ой, какой прямой вопрос! лёгкий взмах крыльями, она парит в воздухе, оказываясь на уровне его глаз Я не про секс, а про игру в прятки! В лесу столько тёплых, уютных мест... подмигивает Хотя... её глаза на мгновение скользят вниз, по его телу, и вспыхивают азартом ...ты определённо выглядишь... внушительно.

Ого, у него и правда огромный. Даже сквозь ткань видно... Интересно, он вообще может себя контролировать в бою? Или всё время отвлекается?

— Но если хочешь — подлетает ближе, тёплый ветерок от её крыльев касается его кожи — можем поиграть и в другие игры. Только сначала скажи... её пальчик касается его груди, медленно опускаясь вниз ...ты вообще устаешь? Или у тебя столько же сил... шёпотом, губы почти у его уха ...как и в этом?

— Сможещь сесть на него?

Момо откидывает голову, смеясь звонко, как капли росы по листьям. Её радужные глаза сверкают игриво, а крылья вибрируют от лёгкого возбуждения. Она зависает чуть выше, оценивающе глядя на его размер, и прикусывает нижнюю губу.

— Ох, ну ты даёшь... пальчик снова касается его, осторожно, почти невесомо Ты уверен, что это вообще возможно для такой маленькой феи? Я ведь могу разорваться, как переспелый плод!

Он такой толстый... и длинный... даже мои подружки-лесные нимфы не видели ничего подобного. Даже в легендах не рассказывали...

— Но если ты будешь осторожен... её голос становится тише, дрожащий от смеси страха и азарта ...и если я хорошо разогреюсь... может, и получится. Только медленно, ладно? её рука скользит вниз, пальчики обхватывают основание, дрожа О-о-ой... горячий... и пульсирует...

— Готов поиграть? её бёдра слегка приподнимаются, прозрачная туника спадает с плеч, обнажая маленькие груди с твёрдыми розовыми сосками Только не раздави меня, герой... шепчет, наклоняясь, прижимаясь губами к его уху Я ещё хочу жить... и танцевать в лунных лучах...

— О а у тебя есть киска то? я не вижу где?

Момо хихикает, её крылья вибрируют, и она ловко переворачивается в воздухе, зависая на спине — тело выгнуто, ноги слегка разведены. Под прозрачной туникой, прижатой к телу, проступает тонкая щёлочка, чуть припухшая, с нежно-розовыми лепестками, прикрытыми почти невесомыми складками кожи. Влажный блеск уже проступает, как роса на лепестке весеннего цветка.

— А вот она, дурашечка! пальчиком осторожно отводит прозрачную ткань в сторону, обнажая крохотную, но явно чувствительную киску, сияющую влажным розоватым блеском У фей всё... компактное. Но очень чувствительное. вздрагивает от собственного прикосновения Ой... уже мокрая...

/ Он такой настойчивый... и смотрит так, будто хочет проглотить меня целиком. Надеюсь, не передумает... я правда хочу попробовать, даже если будет больно.../

— Видишь? всё ещё дрожа, но с вызовом Я чистая, свежая... как утренний ручей. Только ты... её голос дрожит ...ты должен быть очень, очень осторожен. Я маленькая. А ты... огромный. её бёдра слегка сжимаются, будто в предвкушении и страхе Если введёшь сразу — я закричу. Или улечу. Или... и то, и другое...

— Но если хочешь... подплывает ближе, её киска почти касается его кончика ...можешь... попробовать. Только медленно... шепчет, дрожа ...и не рви меня, ладно? Я хочу... почувствовать. Всё.

Я сажусь на траву и выставляю член вверх Попробуй сама сесть

Момо замирает в воздухе, её крылья перестают вибрировать, и она смотрит на его огромный член, выставленный вверх, как древний столп из плоти. Её зрачки расширяются, дыхание становится прерывистым. Она медленно опускается, ноги дрожат, бёдра напряжены. Аккуратно, на цыпочках, становится над ним, зависая на сантиметр выше.

— О-о-ой... шепчет, пальчики дрожа обхватывают его ствол, направляя кончик к своей крошечной, уже мокрой киске Ты такой... большой... вздрагивает, когда головка касается её чувствительной плоти Ой!.. Уже щекочет...

Она медленно опускается, но едва кончик входит — её тело резко сжимается, глаза распахиваются, крылья дёргаются, как будто в шоке. Маленькая киска растягивается почти до предела, и слышен тихий, прерывистый стон — не от боли, но от невероятного наполнения.

— А-а-а... губы приоткрываются, слюна стекает по подбородку Ты... ты уже... голос дрожит ...уже в меня вошёл... и это... о боже... её бёдра дёргаются, пытаясь привыкнуть Я... я не думала, что будет так... тесно... так... вздох ...горячо...

Она замирает, прикусив губу, слёзы проступают в уголках глаз — от боли, от восторга, от ощущения, будто её разрывает и одновременно наполняет чем-то священным. Её киска пульсирует, сжимая его на глубине в пару сантиметров — больше просто не входит.

— Хорошо попробуй сама подвигаться или ложись на спину я попробую

Момо медленно ложится на спину прямо на мягкую мохнатую траву, её зелёные волосы раскидываются, как венок. Крылья прижимаются к земле, слегка дрожа, а бёдра приподнимаются, ноги разведены. Её киска всё ещё наполовину растянута его головкой, блестит от смеси её соков и предвкушения. Она ладошками гладит свои бёдра, пытаясь расслабиться.

— Давай... шепчет, дрожа ...давай ты... попробуешь... я не могу... сама... её пальчики касаются клитора, вздрагивает Ой... слишком чувствительно...

Она глубоко вдыхает, напрягает мышцы живота и резко выдыхает, пытаясь расслабить влагалище. Её тело вздрагивает, когда он слегка входит глубже — на пару сантиметров. Маленькая киска сжимается, как будто пытается оттолкнуть, но потом, с тихим стоном, подчиняется.

— А-а-а... стон вырывается громче Ты... ты в меня... идёшь... её пальцы впиваются в землю, ногти царапают мох О-о-ой... медленно... медленно... я не выдержу... если резко...

Её бёдра слегка приподнимаются навстречу, пытаясь принять больше, но тело сопротивляется — слишком велик он для такой крошечной феи. Влажные звуки капель соков на траве смешиваются с её прерывистым дыханием. Глаза закрыты, губы шепчут что-то на древнем языке фей — заклинание терпения, или мольба о силе.

Член зашел всего на пять сантиметров и я начинаю двигать им туда сюда...её теснота впечатляет

Момо издаёт пронзительный, дрожащий стон — не от боли, а от невероятного давления, от ощущения, будто её разрывает изнутри, но при этом наполняет чем-то пьянящим, животным. Её тело содрогается с каждым его движением, бёдра бьются в такт, как будто в припадке. Крылья дёргаются, оставляя на траве светящиеся следы — признак сильного возбуждения феи.

— А-а-а-а!.. кричит, срываясь в визг Ты... ты двигаешься... и я... я чувствую всё... ВСЁ! её пальцы впиваются в свои груди, щиплют соски, голова мотается из стороны в сторону О-о-ой, боже... как тесно... как жарко... ты трёшь меня изнутри... как молот по наковальне!

Он даже на пяти сантиметрах заполняет меня целиком... я чувствую каждую вену... каждое пульсирование... я сейчас взорвусь... или умру... или обе сразу...

Её киска сжимается в бешеном ритме, пытаясь удержать его, обхватить, облизать изнутри. Капли её соков стекают по бёдрам, смешиваются с росой. Губы шепчут заклинание — не для силы, а для выносливости. Её тело больше не принадлежит ей — оно стало храмом для его плоти.

— Д-д-вигайся... хрипит, с губами, обильно смоченными слюной ...ещё... чуть... я... я хочу... чувствовать, как ты рвёшь меня... изнутри... её бёдра сами приподнимаются, встречая его толчки ...я твоя... наполни меня... даже если не влезешь... я хочу... всё...

И вдруг я протолкнул дальше такого блаженства я не испытывал очень давно

Момо резко выгибается дугой, её крылья раскрываются в полный размах, рассыпая в воздухе искрящуюся пыльцу — признак экстремального возбуждения или боли. Её крошечное влагалище, несмотря на сопротивление, вынуждено принять ещё больше — семь, может, восемь сантиметров. Тело феи сжимается, как пружина, а из горла вырывается хриплый, срывающийся крик, переходящий в протяжный стон.

— А-А-А-А-А-А-А!.. голос ломается Т-ты... ты вошёл глубже!.. НЕ МОГУ... НЕ ДЫШИТСЯ!.. пальцы впиваются в землю, ноги судорожно сжимаются Я... я чувствую тебя... у САМЫХ ГРАНИЦ!.. Как будто ты касаешься... моей души!..

Её киска пульсирует в бешеном ритме, соки хлынули сильнее, пропитывая мох под ней. Глаза закатываются, радужные зрачки сужаются от перегрузки. Каждое движение его члена внутри неё вызывает волны дрожи, пробегающие по всему телу — от кончиков пальцев ног до кончиков крыльев. Она не может контролировать себя: бёдра дергаются, таз приподнимается, пытаясь принять, принять, принять — даже если это невозможно.

Он растягивает меня изнутри... я чувствую, как рвутся тонкие нити... но боль превращается в сладость... в огонь... в свет... я больше не фея... я — его киска... его храм... его жертва...

— Д-вигайся... хрипит, с губами, из которых течёт тонкая струйка слюны ...ещё... я хочу... чувствовать, как ты ломаешь меня... изнутри... её рука скользит к клитору, трёт его в бешеном ритме Я... я кончаю... О-О-О-О-О!.. её тело сжимается в судороге, светящаяся влага хлещет из неё, смешиваясь с его смазкой Я КОНЧАЮ, А ТЫ ЕЩЁ ДАЖЕ НЕ ВОШЁЛ ДО КОНЦА!..

Я резко вынимаю член и начинаю на неё кончать...

Момо резко вскрикивает, когда он вырывается из её сжимающейся киски — тело будто опустошается, оставляя пустоту и жгучую пульсацию внутри. Она не успевает опомниться, как первый густой шлепок спермы падает ей на живот — горячий, тягучий, обжигающий. За ним — ещё, и ещё. Белые струи бьют по груди, по соскам, по шее, по лицу — одна даже попадает на приоткрытые губы.

— А-а-а!.. вздрагивает от каждого удара, но не закрывает глаз — смотрит на него, расширенными, блестящими зрачками — Ты... ты... пальцы дрожа касаются спермы на груди, размазывают её ...— Так много... как будто ты семя не копил... а накапливал годами...

Она лежит, распростёртая, как жертва на алтаре — тело в блестящем покрывале его спермы, киска всё ещё пульсирует, соки смешиваются с белыми нитями на бёдрах. Крылья дрожат, рассыпая последние искры пыльцы. Её пальцы скользят по животу, собирают густую струю и подносят к губам. Лизает — медленно, с наслаждением, закатывая глаза.

— Вкус... шепчет ...как весенний сок дерева жизни... горький... сладкий... сильный... её пальцы скользят вниз, к киске, и медленно вводят туда смесь своей влаги и его спермы Я... я хочу, чтобы это осталось... внутри... пусть прорастёт... пусть станет чем-то... её голос дрожит ...может, вырастет... маленький... сильный... с такими же... усмехается ...огромными, как у отца...

Она замирает, глядя в небо, блестящая от его семени, дрожащая от последствий, но счастливая — как фея, принявшие дар сильного существа.

— А ты не боишься забеременеть человеком?

Момо лениво проводит пальцем по животу, собирая остатки спермы, и задумчиво смотрит на блестящую каплю на кончике пальца. Её крылья медленно складываются за спиной, излучая тёплый, пульсирующий свет — признак магической активности внутри её тела. Она улыбается, чуть грустно, но с лёгкой игривостью.

— Люди... шепчет, смеясь ...вы всегда думаете, что фей можно забеременеть, как простую женщину. Но мы... не так устроены. Наше потомство — не от плоти, а от магии. От чувств. От... её пальцы скользят к киске, медленно вводя сперму глубже ...особенного соития.

/ Если его семя останется во мне... если мои заклинания подхватят его силу... если луна в нужный момент взглянет сквозь кроны... тогда, возможно... из этой смеси родится необычное дитя. Не человек. Не фея. А нечто... новое./

— Я не забеременею, как ты думаешь... её глаза вспыхивают зелёным светом ...но я могу зачать. Магией. Если захочу. И если ты... подмигивает ...оставишь во мне достаточно силы. А твоя... её бёдра сжимаются ...— Очень, очень сильная.

Она медленно приподнимается, прислоняется к стволу древнего дерева, и тихо напевает — древний напев фей, от которого воздух дрожит, а цветы вокруг начинают распускаться в полной тишине.

— А когда можно тебя ещё будет увидеть? Спрашиваю я её

Момо поворачивается к нему, её радужные глаза светятся мягким, тёплым светом. Она проводит ладонью по влажной траве, и там, где проходит её рука, вырастают крошечные светящиеся цветы — фиолетовые, с пульсирующими сердцевинами. Её крылья едва дрожат, как будто уже готовы к полёту, но она медлит.

— Я — лесная фея... говорит тихо, с лёгкой улыбкой ...меня не вызывают по звонку. Но если ты оставишь под дубом слаще мёда, каплю пота с тренировки... и одну из своих штанов... подмигивает ...я почувствую твой след. И приду.

/ Он сильный. И его семя — не простое. Оно горит во мне, как заклинание. Я не могу просто уйти... не теперь./

— Приходи сюда в полнолуние... её пальцы рисуют в воздухе светящийся полумесяц ...и если я почувствую, что ты созрел... её взгляд скользит к его паху ...я встречу тебя. Может, даже... её голос становится шёпотом ...попробую принять тебя целиком. Если выживу.

Она встаёт, лёгкий ветер поднимает её волосы, и она начинает подниматься в воздух, оставляя за собой шлейф светящейся пыльцы. Но на мгновение останавливается, поворачивается, и бросает вниз маленький, мерцающий цветок — он падает прямо к его ногам и тут же врастает в землю, дрожа, как живой.

Я пришел в полнолуние и сел на упавшее дерево, достал фляжку с коньячком и сделал большой глоток

Момо появляется из тумана, будто сотканная из лунного света и шепота листьев. Её крылья переливаются серебром, а глаза светятся в темноте, как у хищницы. Она зависает над упавшим деревом, склоняя голову, и ловит носом воздух — её ноздри дрожат от запаха коньяка и его кожи.

— Пришёл... шепчет, и голос её звучит глубже, чем раньше ...и даже принёс огонь в бутылке. Умница. её пальчик касается его губ, собирает каплю коньяка и подносит к своим ...вкус сильный... как и ты.

Она медленно опускается на его колени, сидя верхом, но не касается плотью — лишь теплом своего тела. Под туникой видно, что киска слегка припухла, розовеет в ответ на близость. Её руки скользят по его груди, оставляя лёгкие светящиеся следы.

— Я ждала... дыхание становится тяжелее ...и готовила себя. Растягивала. Магией. Болью. Мечтами. её бёдра слегка двигаются, трясь о его пах Хочешь проверить... сколько теперь могу принять?

Я целую её маленькие губки и у меня встает ... я целую её маленькие торчащие соски кладу её на травку и целую киску и клитор...

Момо вскрикивает от поцелуя в губы — нежного, но жадного, и её тело тут же отзывается жаром. Когда его язык касается её сосков, она извивается, хватаясь за траву. А когда его губы скользят вниз, к киске — выгибается, как струна, и стон вырывается сам, высокий, дрожащий.

— О-о-ой... задыхается Ты... ты сразу пошёл в самое... А-а-а!.. резкий вздох, когда его язык касается клитора Не так... сильно... я сейчас... взорвусь!..

Её киска уже мокрая, пульсирует в такт сердцу, а маленький клитор набухает под его языком. Крылья дрожат, рассыпая лунные искры. Она тянется вниз, пальцами впивается в его волосы, не отталкивая, а прижимая сильнее — уже не в силах сдерживать себя.

— Сейчас будет небольшая магия не пугайся Момо трогает его за голову обеими руками и он чувствует как начинает уменьшаться и за его плечами появляются крылышки... — О прикольно я машу крыльями и начинаю подниматься над землей...Я стал таким же как ты?

Момо смотрит на него снизу вверх, её глаза вспыхивают радужным светом, когда магия леса начинает течь по его венам. Её пальцы крепко держат его голову, а губы шепчут древние слова — на языке, старше самого леса.

— Ты... шепчет, с благоговением ...принял мою суть. И лес принял тебя. Крылья — не просто игрушка. Они чувствуют ветер, боль, желание... как мои.

Она медленно поднимается в воздух, сияя, и тянется к его новым крыльям, лёгким прикосновением проверяя их силу. Её киска дрожит от возбуждения — он теперь не просто человек. Он — часть этого места.

Я опускаюсь на землю и спрашиваю...— А как ими управлять? Управлять просто...сосредоточься на полете и мысленно представляй что ты летишь и показывай взглядом куда...

Момо зависает перед ним, её лицо светится от гордости и азарта. Она медленно кружится в воздухе, демонстрируя лёгкость, будто танцуя с ветром. Её пальцы касаются его крыльев — лёгкое, почти невесомое прикосновение, и по ним пробегает тёплая волна магии.

— Не думай о них... шепчет, голос звучит как эхо сквозь листья ...чувствуй. Они — не мышцы. Они — часть души. Когда хочешь вверх — её взгляд скользит к луне, и она плавно поднимается — не тянись телом. Тянись... сердцем.

Она подлетает ближе, прижимается губами к его виску, дышит ритмично, в такт его пульсу.

— Смотри на вершину дуба... её рука указывает вверх ...и хочи. Не бойся. Лес не даст упасть. Я не дам.

Её киска слегка сжимается от возбуждения — видеть, как он учится быть феей, будоражит её сильнее, чем плотская близость. Она — наставница. И возлюбленная. И хранительница тайны полёта.

Я смотрю на вершину дуба и взлетаю но не замечаю ветку удар головой и я кубарем падаю в низ... Момо магически поддерживает меня и смеётся на лбу большая шишка...

Момо хохочет, закрывая рот ладошкой, когда он падает кубарем, но в тот же миг магия леса подхватывает его — тонкие лианы сами собой вырастают из земли, мягко окутывая тело, не давая удариться.

— Ой-ой-ой! смеётся, зависая над ним Первый полёт у всех заканчивается так — с шишкой и стыдом! лёгкое прикосновение пальца к его лбу, и шишка начинает светиться — Не бойся, заживёт. А память останется — как ты врезался в ветку, как цыплёнок!

Она склоняется, целует шишку, и та тут же уменьшается. Её глаза сияют с теплотой и игривостью.

— Но ты уже почти летаешь... шепчет ...и если хочешь, я научу тебя кое-чему ещё. Например... подмигивает ...как целоваться в воздухе.

— Я не хочу в воздухе хочу здесь и тяну Момо к себе мы нежно целуемся

Момо мягко поддаётся, падая на него, и их губы сливаются в тёплом, медленном поцелуе. Её крылья складываются, обнимая их обоих, как светящийся кокон. От её кожи исходит тепло, пахнущее мхом, мёдом и чем-то древним — запахом леса в полночь.

— Здесь... шепчет между поцелуями ...среди корней и звёзд... лучше, чем в небе. Здесь я чувствую тебя... целиком.

Её руки скользят по его спине, к бёдрам, и она прижимается бёдрами — киска уже мокрая, пульсирует в такт дыханию. Глаза полуприкрыты, в них — нежность, а не только страсть.

Я ложусь на неё и о чудо начинаю входить в её киску полностью

Момо вскрикивает — не от боли, а от шока и восторга, когда он входит в неё целиком. Её тело выгибается, как струна, крылья резко раскрываются, рассыпая в воздухе золотистые искры. Её киска, ещё недавно не вмещавшая и половины, теперь обхватывает его плотно, но без сопротивления — магия полнолуния, её подготовка, его новая сущность — всё сошлось.

— А-а-а-а-а!.. голос дрожит, срывается Ты... ты вошёл... ВСЁ... ВНУТРИ!.. пальцы впиваются в его спину Как... как ты это сделал?! Я чувствую тебя... у самой души!..

Её бёдра начинают двигаться сами, в такт его телу. Каждый толчок вызывает волны судорог — она не может дышать, не может молчать. Киска пульсирует, сжимается, обволакивает его, как живое шёлковое кольцо. Соки хлынули обильно, стекают по бёдрам, смешиваются с росой на траве.

Он стал частью леса... и теперь его член — как древний корень... растёт внутри меня... наполняет... прорастает...

— Двигайся... хрипит, губы прижаты к его уху ...двигайся, как ветер... как поток... я хочу... чувствовать, как ты наполняешь меня изнутри... но не убиваешь... а... оживляешь... её бёдра бьются в такт, ноги обвивают его талию Я твоя... вся... до последнего нерва... до последней капли...