Виктория и Аврора

Я наконец решил отдохнуть от работы. Взял на последние деньги билет на поезд Москва-Сочи и с предвкушением отдав билет проводнице пошел искать свое купе.

Я отодвинул дверь купе и на мгновение замер. Внутри, будто не замечая моего появления, расположились две невероятно красивые девушки — Виктория и Аврора. Они выглядели так, словно случайно оказались не в душном поезде, а на дорогой фотосессии. Лишь холодный, высокомерный взгляд ясно давал понять: незваным гостям здесь не рады.

— Добрый вечер, я Михаил

Виктория, сидевшая на краю полки, медленно перевела на него взгляд, в котором читалось нескрываемое брезгливое недоумение. Она даже не потрудилась прикрыть наготу, продолжая оставаться в одном черном белье, словно само присутствие мужчины в их пространстве было досадной технической ошибкой.

— Добрый вечер? — процедила она ледяным тоном, даже не шелохнувшись. — А теперь вопрос к тебе: почему ты заходишь в купе, которое, по идее, должно быть полностью выкуплено?

Аврора, в это время пытавшаяся устроиться на соседней полке в белом комплекте, демонстративно закатила глаза и тяжело вздохнула, откинув платиновые волосы назад. Она окинула Михаила оценивающим, но совершенно равнодушным взглядом, после чего снова уставилась в пустоту, всем видом показывая, что этот разговор ей глубоко неинтересен.

— Вик, может, он просто заблудился? — с едкой усмешкой бросила Аврора, не глядя на парня. — Или решил, что мы тут устроили бесплатный просмотр?

— Не знаю вот у меня билет

Виктория даже не приподняла бровь, продолжая смотреть на него свысока, словно он был назойливым насекомым, посмевшим нарушить её покой. Она медленно, с нарочитым безразличием, перевела взгляд на клочок бумаги в его руке, но даже не попыталась его взять, чтобы проверить данные.

— Прекрасно, — сухо бросила она, в голосе которой сквозило раздражение. — Теперь у нас в купе не только удушающая жара, но и случайный попутчик. Какое потрясающее «улучшение» сервиса.

Аврора, издав короткий, издевательский смешок, наконец соизволила посмотреть на Михаила. Она облокотилась на подушку, демонстрируя безупречную линию плеча, и с вызовом приподняла одну бровь.

— Поздравляю, Михаил, ты только что стал главной трагедией нашего вечера, — протянула она, растягивая слова. — Надеюсь, ты умеешь быть невидимым и молчаливым, потому что другое поведение нас совершенно не заинтересует.

Боже, какой кошмар. Почему мы не настояли на отдельном вагоне? — пронеслось в голове у Виктории, пока она снова отворачивалась к окну.

— Я предлагаю перекусить и выпить коньячку я достаю бутылку херреса и фрукты

Виктория медленно повернула голову, и её взгляд, до этого полный брезгливости, на мгновение задержался на этикетке бутылки. Она знала цену этому напитку, и это было единственное, что в поведении Михаила не вызывало у неё мгновенного желания вызвать проводника для его выдворения.

— Херес? — переспросила она, и в её голосе впервые прозвучала не столько враждебность, сколько холодное любопытство. — По крайней мере, у тебя есть вкус, что уже выделяет тебя из серой массы пассажиров этого вагона.

Аврора, услышав о коньяке и увидев фрукты, наконец-то оживилась. Она приподнялась на локте, и белое кружево её белья натянулось на груди, подчеркивая высокую форму. Девушка смерила парня более внимательным взглядом, в котором всё ещё сквозила дерзость, но теперь к ней добавился легкий интерес.

— Ну, может, этот вечер перестанет быть таким катастрофическим, — с усмешкой заметила Аврора, потягиваясь всем телом. — Наливай, Михаил. Только не надейся, что это делает нас подружками.

Хотя, если он будет молчать и поить нас хорошим алкоголем, я смогу его потерпеть, — подумала Виктория, всё ещё не меняя своей высокомерной позы.

Я вышел из купе и пошел к провонице, и попросил три стакана, — Меня зовут Мария сказала проводница томно улыбаясь , если будет скучно ...заходи...

— Спасибо я Михаил...

Виктория и Аврора, оставшись одни, обменялись короткими взглядами. Виктория с легким раздражением поправила бретельку черного бюстгальтера, чувствуя, как духота в купе становится почти невыносимой, заставляя кожу покрываться тонким слоем пота.

— Пошел за стаканами. Какое благородство, — ядовито прокомментировала Аврора, развалившись на полке и лениво разглядывая свои безупречные ногти. — Надеюсь, он не решил по пути завести роман с проводницей, а то мы останемся без хереса.

Виктория лишь холодно хмыкнула, не разделяя иронии подруги. Она продолжала сидеть с идеально прямой спиной, хотя внутри её всё еще раздражало нарушение их приватности. Тем не менее, мысль о дорогом напитке немного смягчала её гнев.

— Если он задержится дольше пяти минут, я сама выкину его вещи в коридор, — отрезала Виктория, глядя на дверь.

Когда Михаил вернулся, девушки даже не пошевелились, чтобы помочь ему или освободить место на столе. Они просто ждали, когда он начнет исполнять роль обслуживающего персонала, продолжая демонстрировать свое полное превосходство.

Я налил по полному стакану и сказал тост за знакомство Виктория и Аврора выпили залпом не закусывая.... Отлично пошла сказала Виктория

Виктория, обычно сдержанная и холодная, с неожиданной жадностью осушила стакан. Крепкий напиток обжег горло, разливаясь по телу приятным жаром, который на мгновение заглушил раздражение от духоты и тесноты. Она с легким стуком поставила стакан на столик, и в её карих глазах мелькнул огонёк одобрения.

— Отлично пошла, — коротко бросила она, и её голос стал чуть менее резким, хотя высокомерный тон всё еще оставался прежним.

Аврора, последовав примеру подруги, выпила херес одним глотком, даже не поморщившись. Она слизнула оставшуюся каплю с верхней губы, глядя на Михаила с дерзкой, почти хищной усмешкой. Алкоголь мгновенно ударил в голову, заставляя её чувствовать себя ещё более расслабленной и самоуверенной.

— Неплохо, Михаил, — протянула Аврора, облокачиваясь на стол так, что её грудь в белом белье почти коснулась поверхности. — Ты начинаешь мне нравиться. Но не обольщайся, это всего лишь эффект спиртного.

Наконец-то хоть что-то в этой поездке пошло правильно, — подумала Виктория, чувствуя, как напряжение в плечах начинает медленно исчезать.

— А теперь на бурдершафт сказал я и налил снова по полному стакану... 

Второй стакан хереса подействовал стремительно, окончательно размывая границы их привычного высокомерия. Алкоголь в сочетании с удушающей жарой превратил холодную сдержанность в обжигающий импульс. Когда Михаил предложил бурдершафт, Виктория лишь дерзко вскинула подбородок, принимая вызов, и осушила стакан до дна, чувствуя, как сознание затуманивается.

Первый поцелуй случился спонтанно, словно вспышка. Аврора, поддавшись внезапному порыву, подалась вперед, перехватывая его губы своими. Это не было нежным ухаживанием — это была жадная, почти агрессивная схватка, продиктованная алкоголем и внезапным влечением к мужчине, который не стал перед ними лебезить.

Виктория, видя эту сцену, не стала возмущаться. Напротив, она с тихим стоном придвинулась ближе, вплетая пальцы в волосы Михаила и требуя своего внимания. Её губы, до этого произносившие лишь язвительные замечания, теперь жадно исследовали его лицо, в то время как Аврора прижималась к нему всем телом, обхватывая его бедрами и демонстрируя всю свою наготу под тонкой тканью белья.

— Ты... слишком самоуверен, — прошептала Виктория прямо в его губы, тяжело дыша и сжимая его плечо ногтями.

Я стал гладить Викторию по спинке она очень нежно целовалась...

Виктория, которая ещё час назад смотрела на него как на грязь, теперь полностью растворилась в ощущениях. Когда ладонь Михаила медленно скользнула по её гладкой, золотистой коже спины, она вздрогнула, издав тихий, гортанный звук, похожий на кошачье мурлыканье. Её тело, обычно напряжённое и зажатое в тисках собственного высокомерия, вдруг стало податливым и мягким.

Она отвечала на поцелуи с неожиданной, почти отчаянной нежностью, словно всё то время, что она строила из себя ледяную королеву, лишь копила внутри этот голод. Её губы, полные и влажные, прижимались к его губам с трепетом, а пальцы всё ещё сжимали его плечи, удерживая рядом, не давая отстраниться ни на миллиметр.

— Ммм... — глухо простонала она в поцелуй, закрывая глаза и полностью отдаваясь этому моменту.

Аврора, не привыкшая делиться вниманием, с легким раздражением, но и с явным возбуждением наблюдала за ними. Она прикусила губу, чувствуя, как между ног становится влажно, и, не выдержав, начала медленно водить рукой по своему бедру, задирая край белых трусиков вверх.

Я налил ещё по стакану и сказал тост За красивых девушек ... 

Третья порция хереса окончательно стерла остатки их социального барьера. Виктория, чьи щеки теперь горели не только от духоты, но и от алкоголя, перехватила стакан с легкой, почти заторможенной улыбкой. Она выпила напиток залпом, даже не пытаясь скрыть, как сильно ей это нравится.

— За красивых девушек... — прошептала она, и в её голосе больше не было льда, только тягучая, пьяная нега. — Ты умеешь подбирать слова, Михаил.

Аврора, чьи движения стали размашистыми и откровенно провокационными, осушила свой стакан с вызывающим видом. Она с грохотом поставила стекло на столик и, не теряя ни секунды, навалилась на Михаила, вжимаясь грудью в его плечо. Её платиновые волосы рассыпались по его лицу, создавая своего рода интимный кокон.

— Знаешь, — промурлыкала она, обжигая его ухо горячим дыханием, — я начинаю думать, что эта поездка в поезде была лучшим решением в моей жизни.

Боже, как кружится голова... но мне так плевать, — подумала Аврора, чувствуя, как желание полностью вытесняет все остальные мысли.

Я переключился на Аврору и мы стали страстно целоваться я стал гладить её ноги и поднялся выше к промежности...

Аврора встретила его поцелуй с жадностью, которая граничила с агрессией. Она вцепилась в его затылок, притягивая к себе так сильно, словно хотела слиться с ним в одно целое. Её дыхание стало рваным, а стоны — громкими и откровенными, заполняя тесное пространство купе.

Когда рука Михаила скользнула по её длинным, ухоженным ногам, Аврора выгнулась в спине, с тихим вскриком подаваясь навстречу его прикосновениям. Когда его пальцы достигли края белых трусиков и уверенно двинулись выше, к влажной промежности, она резко вдохнула, её зрачки расширились, почти полностью закрыв голубую радужку.

— Да... черт, прямо там... — прохрипела она, сжимая его плечи до белых костяшек.

Виктория, наблюдая за этой сценой сбоку, не чувствовала ревности — только нарастающее, невыносимое возбуждение. Она медленно провела рукой по своему бедру, чувствуя, как её собственное белье стало тесным и влажным. Она придвинулась ближе, прижимаясь грудью к спине Михаила, и начала медленно покусывать его шею, оставляя влажные следы.

Я повернулся к Виктории и мы стали целоваться ...

Виктория встретила его губы с почти болезненным голодом, впиваясь в них, словно пыталась выпить всю его силу. Её руки впились в его спину, а тело, обтянутое черным бельем, вибрировало от напряжения. Она больше не была холодной моделью; сейчас она была женщиной, охваченной первобытным желанием, и каждый её стон в его губы звучал как признание в полном поражении перед страстью.

В этот момент Аврора, не желая оставаться в стороне, медленно поднялась с полки. Её движения были плавными и вызывающими, несмотря на опьянение. Она не сводила с них глаз, медленно расстегивая застежку своего белого бюстгальтера. Ткань соскользнула с её безупречной кожи, обнажая высокую, упругую грудь с аккуратными розовыми сосками, которые уже затвердели от возбуждения.

Одним уверенным движением она стянула с бедер белые трусики, отбрасывая их в сторону. Аврора осталась полностью обнаженной, её платиновые волосы каскадом спадали на бедра, создавая резкий контраст с бледной кожей.

— Хватит с ней возиться, — прошептала Аврора, подходя к ним вплотную и прижимаясь своей обнаженной грудью к плечу Михаила. — Теперь моя очередь.

Я встал и спустил свои брюки на волю выскочил большой и длинный член с большой и красной головкой...

Когда Михаил встал и спустил брюки, в тесном пространстве купе воцарилась секундная, почти осязаемая тишина. Его член, налитый кровью, тяжело выпятился вперед, демонстрируя внушительный размер и ярко-красную, влажную головку. Вид этого плотного, пульсирующего стержня вызвал у девушек мгновенную, почти животную реакцию.

Аврора, стоявшая полностью обнаженной, широко открыла глаза, и её дыхание окончательно сбилось. Она невольно сглотнула, глядя на этот массивный орган, который казался ей чем-то запредельным. Её бедра непроизвольно дрогнули, а промежность отозвалась резким приливом жара и обильной смазки.

— Боже... какой огромный... — прошептала она, и в её голосе больше не было дерзости, только откровенное, голодное восхищение.

Виктория, всё ещё полулежащая, приподнялась на локтях, чтобы лучше видеть. Её взгляд, затуманенный алкоголем и страстью, жадно скользил по венам, проступающим на стволе члена. Она закусила губу, чувствуя, как внутри всё сжимается в предвкушении того, как эта плоть заполнит её до предела.

— Я хочу его... прямо сейчас, — глухо выдохнула Виктория, подаваясь вперед и протягивая руку, чтобы коснуться горячей головки.

Виктория, не в силах больше сдерживать себя, одним резким движением сорвала с себя черный бюстгальтер и трусики, отбрасывая их в сторону. Её стройное, золотистое тело, теперь полностью обнаженное, выглядело в полумраке купе как произведение искусства, но в её глазах горел первобытный огонь. Она опустилась перед Михаилом на колени, не сводя жадного взгляда с его пульсирующего члена.

Она обхватила основание ствола горячей ладонью, чувствуя, как плоть бьется под её пальцами, и медленно, с придыханием, подалась вперед. Виктория широко открыла рот и обхватила губами массивную красную головку, с тихим стоном втягивая её внутрь. Её язык начал дразнить чувствительную уздечку, а щеки ввалились, когда она попыталась заглотить ствол как можно глубже, почти до самого горла.

— Ммм-ммм... — глухо простонала она, не отрываясь от процесса, чувствуя вкус и жар его плоти.

Аврора, стоявшая рядом, тяжело дышала, глядя на то, как подруга усердно работает ртом. Она не выдержала и начала ласкать свою киску, раздвигая пальцами влажные половые губы и с силой втирая клитор, представляя, как этот огромный член сейчас ворвется в неё.

Аврора легла на полку и раздвинула ноги и взяла мою руку и потянула на себя...

Аврора с надрывным стоном завалилась на полку, её бедра взметнулись вверх, открывая взору всё самое сокровенное. Её киска была ярко-розовой, набухшей и обильно смазанной прозрачным соком, который стекал по бедрам. Она выглядела абсолютно обезоруженной и жаждущей, её платиновые волосы разметались по грязному постельному белью поезда.

Схватив руку Михаила, она с силой потянула его к себе, прижимая его пальцы к своему влажному центру. Она сама начала водить его рукой по клитору, с силой втирая плоть в чувствительную точку, и закинула голову назад, выгибаясь дугой.

— Быстрее... — прохрипела она, её голос сорвался на хрип. — Хватит её кормить... Я сейчас сдохну от желания! Вставь его в меня, слышишь?! Я хочу чувствовать, как ты разрываешь меня изнутри!

Виктория, почувствовав, что внимание переключается, с влажным чмоканьем отпустила член, оставив его ствол блестящим от слюны. Она поднялась на колени, тяжело дыша, и прижалась своей грудью к спине Михаила, обхватив его за талию и жадно кусая его за плечо, пока он приближался к Авроре.

Я лег на Аврору и пытался войти но не мог попасть она взяла рукой мой член и направила ко входу Виктория толкнула мою попу и я стал входить в Аврору... она застонала и толкнула на встречу

Михаил навис над Авророй, и в тесном пространстве купе стало слышно лишь их тяжелое, сбитое дыхание. Из-за огромного размера члена и сильного возбуждения он сначала промахнулся, лишь натирая влажные складки её киски. Аврора, вскрикнув от нетерпения, сама обхватила его горячий ствол рукой, с силой прижимая массивную головку к своему входу.

В этот момент Виктория, стоявшая сзади, с жадным стоном толкнула его в ягодицы, придавая ускорение. С влажным, чавкающим звуком член с силой ворвался в узкое, обжигающе горячее лоно Авроры. Девушка резко выдохнула, её глаза закатились, а пальцы впились в плечи Михаила, когда плоть начала с силой растягивать её стенки, заполняя всё пространство до самого предела.

— О-о-о-ох! — закричала Аврора, выгибаясь в спине и с силой толкая таз навстречу, чтобы заглотить его еще глубже. — Да! Вот так... Господи, ты меня сейчас просто разорвешь!

Виктория, видя, как плоть уходит в подругу, начала лихорадочно тереть свою киску, прижимаясь к бедру Михаила и тяжело дыша ему в затылок.

Виктория легла на соседнюю полку и раздвинула ноги теребя свой клитор... затем она потянула меня рукой к себе

Виктория, не в силах больше оставаться сторонним наблюдателем, с животным стоном перебралась на соседнюю полку. Она завалилась на спину, широко и бесстыдно раздвинув свои длинные ноги, выставляя напоказ свою набухшую, влажную киску. Её пальцы с остервенением терли клитор, втирая смазку в чувствительную плоть, а грудь высоко вздымалась, когда она задыхалась от невыносимого желания.

— Моя очередь... теперь моя... — прохрипела она, и в её голосе больше не осталось ни капли былого высокомерия, только чистая, неразбавленная похоть.

Дождавшись момента, когда Михаил на секунду замедлился в Авроре, Виктория резко вытянула руку и с силой потянула его за пояс, призывая к себе. Она выгнула таз навстречу, демонстрируя свою готовность принять его огромный член. Её взгляд был затуманенным и требовательным, а губы приоткрылись в безмолвном крике о помощи.

Аврора, всё ещё содрогаясь от остаточных спазмов, лишь тяжело дышала, глядя на подругу с какой-то странной, пьяной солидарностью, пока Михаил переключал своё внимание на вторую модель.

Аврора стала кончать сильный оргазм пронзил всё её тело она забилась в конвульсиях и громко закричала вцепившись когтями в мои плечи

Аврора, всё ещё чувствуя внутри себя пульсацию от того, как глубоко Михаил её заполнил, внезапно достигла своего предела. Оргазм обрушился на неё подобно мощному электрическому разряду, пронзая каждую клетку тела. Её мышцы сжались в неистовом спазме, а тело выгнулось дугой, когда волны экстаза начали с силой бить по её сознанию.

— А-а-а-а-а! — закричала она на всё купе, не сдерживая своего вопля. Её голос сорвался на хрип, а пальцы, превратившиеся в когти, с силой впились в плечи Михаила, оставляя глубокие красные борозды на коже.

Она забилась в сильных конвульсиях, её бедра мелко дрожали, а киска судорожно сжималась, выталкивая из себя остатки возбуждения. Платиновые волосы спутались, лицо исказилось в гримасе невыносимого наслаждения, а из глаз брызнули слезы. Она задыхалась, хватая ртом воздух, пока её тело медленно обмякало, окончательно выжатое этим мощным всплеском.

Виктория, видя эту сцену, лишь сильнее возбудилась, её дыхание стало совсем рваным. Она потянула Михаила за собой с еще большим остервенением, не желая упускать ни секунды.

С громким, влажным хлюпом член выскользнул из обмякшего тела Авроры, оставляя за собой тягучую нить смазки и сока. Аврора лишь бессильно откинула голову на подушку, тяжело дыша и глядя в потолок остекленевшим взглядом, всё ещё пребывая в послевкусии своего мощного оргазма.

Михаил, не теряя ни секунды, перевалился на соседнюю полку, накрывая собой Викторию. Его тяжелое, разгоряченное тело прижало её к матрасу, и Виктория с жадным стоном обхватила его за шею, притягивая к себе. Она чувствовала, как его огромный, всё ещё пульсирующий и влажный ствол упирается в её набухший вход, и от этого предвкушения её бедра задрожали.

— Наконец-то... — прохрипела она, широко раздвигая ноги и буквально вжимая его в себя. — Вставь его... Я хочу чувствовать всё... до самого дна!

Виктория выгнула поясницу, открывая доступ к своей горячей, промокшей киске, и с силой притянула его таз к своему, требуя немедленного и грубого проникновения.

Я стал входить в узкое влагалище Виктории она подалась на встречу насаживаясь на мой набухший член

Виктория была гораздо уже Авроры, и её влагалище обхватило член Михаила с невероятной, почти удушающей силой. Когда головка начала раздвигать плотные, горячие стенки, девушка издала резкий, срывающийся стон, в котором смешались легкая боль от растяжения и запредельный экстаз.

Она не стала ждать, пока он войдет полностью, а сама с силой подалась тазом навстречу, буквально насаживаясь на его набухший ствол. С влажным, чавкающим звуком член вошел в неё до самого основания, впечатываясь в шейку матки. Виктория резко выдохнула, её глаза широко распахнулись, а пальцы впились в его спину, скребя кожу.

— О-о-о-ох... Господи... — прохрипела она, задыхаясь от того, как плотно он её заполнил. — Ты такой... огромный... я чувствую тебя каждой клеточкой...

Она начала ритмично двигаться, приподнимая таз и с силой опускаясь обратно на него, заставляя плоть с хлюпаньем входить и выходить из её узкого, обжигающего лона.

Я стал целовать Викторию и медленно двигаться в ней...поднимая и опуская свой зад двигаясь в ней

Михаил переплел свои губы с губами Виктории в глубоком, тягучем поцелуе, смешивая их дыхание и вкус хереса. Он начал двигаться в ней медленно, с мучительной рассудительностью, чтобы она прочувствовала каждый миллиметр своего растяжения. С каждым его движением — когда он медленно поднимал таз, почти выходя из неё, и с силой опускался обратно — купе наполнялось громким, влажным хлюпаньем.

Виктория стонала в его поцелуи, её тело вибрировало от каждого толчка. Она чувствовала, как массивный ствол раздвигает её внутренности, создавая ощущение абсолютной полноты. Её ноги обвили его поясницу, притягивая его еще ближе, чтобы он входил в неё максимально глубоко, до самого предела.

— Ммм... не останавливайся... — прошептала она, когда он на мгновение отстранился от её губ. — Еще... глубже... я хочу, чтобы ты полностью меня заполнил...

Аврора, всё ещё лежащая на соседней полке, с жадностью наблюдала за ритмичными движениями тел, её рука снова вернулась к клитору, который пульсировал в такт толчкам Михаила в Виктории.

Вдруг дверь купе открылась и Аврора увидела испуганые глаза проводницы Марии ... Вот возьмите постельное для Миаила

Резкий звук открывающейся двери разрезал густую атмосферу страсти, как нож. Михаил в этот момент находился глубоко внутри Виктории, и их тела были сплетены в самом откровенном позе. Мария, вошедшая с охапкой свежего белья в руках, замерла на пороге, и её глаза расширились от шока, когда она увидела перед собой картину тотального разврата.

Виктория, застигнутая врасплох в момент наивысшего наслаждения, вскрикнула и рефлекторно сжала бедра, зажимая член Михаила внутри себя. Она не успела прикрыться, и её обнаженное, потное тело было выставлено на всеобщее обозрение. Аврора, лежавшая рядом абсолютно голая и развалившаяся на полке, даже не подумала прикрыться — она лишь с вызовом и пьяным безразличием посмотрела на проводницу.

— Ой... — только и смогла выдохнуть Мария, её лицо вспыхнуло густым румянцем, а руки задрожали, отчего белье едва не выскользнуло на пол. — Вот... возьмите постельное для Михаила...

В купе повисла тяжелая, неловкая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием троих людей и ритмичным стуком колес поезда.

— Извините сказала проводница положила белье на верхнюю полку и вышла громко захлопнув дверь купе...

Громкий хлопок двери эхом отозвался в тишине, возвращая обитателей купе в реальность. Мария исчезла так же стремительно, как и появилась, оставив после себя шлейф неловкости и запах свежего белья. Однако этот инцидент не стал для девушек поводом для смущения — напротив, осознание того, что их застукали в таком виде, лишь подлило масла в огонь.

Виктория, всё ещё зажавшая члена Михаила в своём узком лоне, издала короткий, издевательский смешок. Она посмотрела на дверь, а затем перевела взгляд на парня, и в её глазах снова вспыхнуло то самое высокомерие, но теперь оно было смешано с дикой похотью.

— Какое вульгарное зрелище, — прошептала она, хотя сама при этом сильнее прижалась к нему, не давая выйти. — Надеюсь, она расскажет об этом всему вагону. Пусть знают, что мы здесь занимаемся вещами куда более интересными, чем сон на этих дешевых простынях.

Аврора, лениво потянувшись на своей полке, вызывающе улыбнулась. Она всё ещё тяжело дышала, а её тело было покрыто испариной.

— Ой, да брось, Вик. Посмотри на неё, она же была в полном восторге, — хихикнула Аврора, снова касаясь своего клитора. — Михаил, не смей выходить из Виктории. Продолжай. Я хочу видеть, как ты её добиваешь.

Мой член почему-то стал опадать ... Нет нат закричала Виктория и начала яростно двигать бёдрами...Не выходи продолжая я уже на подходе жалобно простонала она

Виктория почувствовала, как плоть внутри неё начала терять свою стальную твердость. Этот внезапный спад возбуждения из-за визита проводницы вызвал у неё почти паническую реакцию. Она не могла допустить, чтобы этот акт закончился так внезапно, не достигнув своего пика. Её лицо исказилось от напряжения, а глаза наполнились отчаянным желанием.

— Нет! — закричала она, и её голос, обычно холодный, теперь звучал надрывно и жалко. — Не смей! Только не сейчас!

Она вцепилась в плечи Михаила, буквально вжимая его в себя, и начала яростно, почти агрессивно двигать бедрами. Она пыталась заставить его член снова наполниться кровью, используя всю тесноту своего влагалища, чтобы сжать его максимально плотно. Каждый её толчок был продиктован отчаянием.

— Не выходи... пожалуйста... — жалобно простонала она, задыхаясь. — Я уже на подходе... ещё немного... я почти там!

Аврора, увидев эту сцену, приподнялась на локтях. Она с тревогой посмотрела на место их соединения, понимая, что если Михаил сейчас «сдуется», Виктория будет в ярости.

— Давай, Михаил! — подогрела её Аврора, её голос снова стал дерзким. — Не будь слабаком, доведи её до конца!

Я сказал его нужно подднржать вышел из Виктории и подставил к губам Авроры

Виктория издала разочарованный, почти яростный стон, когда почувствовала, как член с влажным хлюпаньем покидает её тело. Она осталась лежать на полке, тяжело дыша и широко раздвинув ноги, глядя на Михаила с нескрываемым недовольством, смешанным с жаждой.

Однако Аврора отреагировала мгновенно. Как только массивный ствол оказался перед её лицом, она с хищным блеском в глазах подалась вперед. Для неё это было сродни десерту. Она обхватила основание члена рукой, чувствуя его пульсацию, и с жадным причмокиванием обхватила головку губами.

— Я всё исправлю, — прошептала она, прежде чем полностью заглотить плоть.

Аврора начала работать ртом с невероятным усердием, используя язык, чтобы ласкать уздечку, и создавая мощный вакуум, который буквально высасывал кровь обратно в ствол. Она смотрела Михаилу прямо в глаза, вызывающе и дерзко, в то время как её щеки ввалились от глубокого заглота.

Виктория, наблюдая за этим, закусила губу до крови. Она видела, как член снова начинает твердеть и увеличиваться в размере прямо во рту подруги, и её собственная киска снова отозвалась резким приливом влаги.

Мой член опять стоял колом я повернулся закрыл дверь на щеколду и лег на Викторию

Когда ствол снова стал каменным, Михаил решительно поднялся. Щелчок щеколды прозвучал в тишине купе как финальный приговор — теперь их никто не мог потревожить, и эта маленькая комната превратилась в их личный храм разврата. Он с силой навалился на Викторию, чье тело уже дрожало от нетерпения.

Виктория, увидев его решимость, издала гортанный звук, похожий на рычание. Она обхватила его бедрами, притягивая к себе с такой силой, что между их телами не осталось ни миллиметра воздуха. Она чувствовала, как горячая, влажная головка снова упирается в её вход, и от этого предвкушения её промежность пульсировала в такт сердцебиению.

— Наконец-то... — прохрипела она, закидывая голову назад и выгибаясь дугой. — Вбей его в меня... прямо сейчас! Сделай так, чтобы я забыла, как меня зовут!

Михаил одним мощным, грубым толчком вошел в неё до самого основания, заставив Викторию вскрикнуть от неожиданной полноты. Она зажмурилась, чувствуя, как плоть раздвигает её внутренности, и с силой впилась ногтями в его ягодицы, требуя еще более жесткого ритма.

Я ускорил темп Виктория резко стала подмахивать бёдрами в купе стали раздаваться резкие звуки хлюпанья тел

Темп стал стремительным и беспощадным. Михаил вбивался в Викторию с силой, от которой вся полка начала ритмично поскрипывать, а тело девушки содрогалось при каждом ударе. Виктория, окончательно потеряв контроль над собой, начала яростно подмахивать бедрами, стараясь встретить каждый его толчок максимально глубоко, чтобы почувствовать, как головка бьет в самую шейку матки.

Купе заполнилось откровенными, громкими звуками — резким, влажным хлюпаньем плоти о плоть и чавканьем смазки, которая теперь буквально вылетала из их сочленения при каждом движении. Это был звук чистого, нефильтрованного вожделения, который перекрывал даже шум поезда.

— Да! Да! Еще! — кричала Виктория, её голос сорвался на хриплый стон. Она больше не была моделью с обложки; сейчас она была просто жаждущей плотью, которая в экстазе выгибалась под ним.

Аврора, завороженная этим ритмом, придвинулась вплотную, положив голову на плечо Михаила. Она с жадностью смотрела на то, как его член исчезает и появляется в розовом, раздутом входе Виктории, и начала в такт их движениям с силой втирать пальцы в свой клитор, доводя себя до предела.

Виктория вдруг резко сжала ноги и стала кончать вцепившись в плечи Михаила мощный оргазм пронзил её как ножём она закричала и выгнулась... Я тоже стал кончать и мощная струя ударила ей прямо в матку.... только не в меня...заорала Виктория пытаясь оттолкнуть меня...но было поздно мой член струями заполнял матку Виктории

В самый пик безумного ритма Виктория внезапно замерла, её мышцы влагалища с невероятной силой сжали ствол Михаила, словно тиски. Оргазм обрушился на неё внезапно и сокрушительно, пронзая тело раскаленной иглой. Она закричала, закинув голову назад, и выгнулась дугой, впиваясь ногтями в его плечи так глубоко, что кожа лопнула.

В этот же миг Михаил достиг своего предела. С глухим рыком он впечатался в неё в последний раз, и мощная, горячая струя спермы ударила прямо в шейку матки, заполняя её до краев. Ощущение этого обжигающего потока внутри заставило Викторию прийти в ужас и восторг одновременно.

— Нет! Только не в меня! — заорала она, в панике пытаясь оттолкнуть его бедрами, но было слишком поздно. Её тело было парализовано экстазом, а член Михаила продолжал пульсировать, выстреливая порцией за порцией густой, белой жидкости прямо в её утробу.

Виктория задохнулась, чувствуя, как её внутренности переполняются чужим семенем. Она обмякла, тяжело дыша, а из её глаз потекли слезы облегчения и шока. Аврора, видевшая всё это, лишь с вожделением облизнула губы, глядя на то, как из переполненного входа Виктории начала медленно вытекать лишняя сперма.

— Фух...сказала Виктория это было феерически но у меня опасный период а таблетки я не взала... На выпей мои сказала Аврора, я вышел с хлюпом из Виктории и сел на полку...

Виктория лежала на полке, тяжело и прерывисто дыша, её тело всё ещё мелко дрожало после мощного разряда. Она смотрела в потолок затуманенным взглядом, а по её бедрам медленно стекала белая смесь спермы и смазки. Когда до неё дошло, что произошло, в её глазах мелькнула тень настоящей паники.

— Фух... — выдохнула она, прикрыв глаза. — Это было феерически... но, черт, у меня сейчас опасный период, а таблетки я забыла взять!

Аврора, которая всё это время наблюдала за ними с видом сытой кошки, лишь насмешливо фыркнула. Она лениво потянулась, демонстрируя свою обнаженную грудь, и, не вставая с полки, потянулась к своей открытой сумке, стоявшей рядом.

— Вечно ты всё забываешь, Вик, — промурлыкала она, выудив из косметички блистер с контрацептивом. — На, выпей мои. Только не забеременей от этого зверя, а то нам придется менять график съемок на курсы для молодых мам.

С влажным, громким хлюпом Михаил выскользнул из переполненного лона Виктории. Он тяжело опустился на полку, чувствуя приятную пустоту внизу живота и полное изнеможение. В купе снова воцарилась духота, смешанная с резким запахом секса и алкоголя, а девушки, совершенно не смущенные своей наготой, обменялись короткими, почти сестринскими взглядами.

Продолжение рассказа в Часть 2

Чтобы читать рассказы 18+ пожалуйста зарегистрируйтесь на сайте ЗАРЕГИСТРИРОВАТЬСЯ